Втиралась в доверие, носила огурцы: 83-летний узник концлагеря подарил квартиру незнакомой женщине в

15:15
14
Втиралась в доверие, носила огурцы: 83-летний узник концлагеря подарил квартиру незнакомой женщине в

Пенсионер с гангреной на ноге рискует оказаться на улице

Героя одной из самых деморализующих съёмок за всю мою трудовую деятельность мы с оператором встретили прогуливающимся во дворе в компании адвоката. 83-летний старик с трудом передвигал ноги, но как только увидел журналистов, засуетился и принялся дрожащей рукой снимать головной убор. Поздоровавшись с мужчиной, мы медленно направились в сторону его дома, где мне предстояло выслушать историю, с корнем вынимающую душу.

Предисловие

Согласно редакционному заданию, мы должны были разобраться в истории мошенничества, приключившейся с почтенного возраста мужчиной, некогда узником концлагеря. По сообщениям обратившегося к нам адвоката, занимающегося его проблемой, пенсионеру подсунули на подпись дарственную на квартиру под видом документа на социальные выплаты.

По пути к дому я успел выяснить, что к адвокату обратилась встревоженная соседка Алексея Максимовича. Когда он рассказал ей, что подписал вместе с новой знакомой некий документ, позволяющий получить новые социальные выплаты, женщина забила тревогу. Она побежала вместе с пенсионером в тот отдел МФЦ, где была подписана бумага, и узнала, что в этот день мужчина «подарил» свою квартиру неизвестно кому. Тогда бдительная соседка обратилась от лица Алексея Максимовича к юристам.

Страшно остаться последним

Дверь открывается и нашему взору предстаёт помещение, за которое так безжалостно сражается злоумышленница. Условия, откровенно говоря, чудовищные – всё-таки у одинокого немощного старика не хватает сил на заботу о доме. В квартире царит беспорядок, многие предметы обихода пришли в негодность.

— Жены нет, — неожиданно бросает в пустоту Алексей Максимович, то ли объясняя происходящее вокруг, то ли сетуя о старой утрате. — Умерла жена. Мы с ней вместе тут жили.

В последних трех словах как-то слишком остро ощущается чувство покинутости. Теперь пенсионер живет тут совершенно один, родственников у него нет. А вскоре и вовсе может переехать на улицу. Просто потому что в старости рядом не оказалось человека, способного объяснить, огородить, уберечь. Не осталось никого, кроме добродушной соседки, неожиданно яростно вставшей на защиту старика.

А память всё иное бередит

Подобрав место для съёмки, и настроив камеру, спрашиваем у дедушки, что случилось, подразумевая историю с квартирой. Но этот вопрос неожиданно поднимает из глубин его памяти совершенно другую историю.

— Был из Курбатово немцами вывезен. Со станции «Курбатово». По пути поезд разбило – один вагон остался. С детьми и стариками. Потом немцы, видать, рукой махнули и по деревням раскидали нас, — вспоминает Алексей Строев.

Документ, подтверждающий, что Алексей Строев был несовершеннолетним узником концлагеря

Приходится тактично напомнить, что сейчас во главе угла находится «квартирный вопрос», и уточнить, как именно женщина заполучила на неё дарственную.

— Я ходил через дорогу в «Европу» (торговый центр, в котором располагается МФЦ – авт.). И встретился возле здания с одной женщиной. Спросил: «Вы не из соц. службы?». Она отвечает: «А чего тебе надо?», — начинает рассказ Алексей Максимович.

В ответ на этот, казалось бы, грубый вопрос пенсионер излил женщине душу. Он рассказал, что раньше его жене сотрудники социальной службы приносили в квартиру продукты, и что он хотел бы за собственные деньги нанять человека, который помог бы ему с доставкой продуктов питания. Так и познакомились.

Огурцы обошлись очень дорого

Что произошло дальше, нам рассказала соседка вместе с юристом. Новая знакомая несколько дней втиралась в доверие к дедушке, носила ему огурцы. А в один прекрасный день рассказала наивному старику про дополнительные социальные выплаты, которые он мог бы получить, если распишется в нужном документе. Дедушка и расписался. Целых три раза. Только не в заявлении на пособия, а в дарственной на собственную квартиру. Циничная партия женщины подошла к концу. Мат беззащитному человеку был поставлен в три хода.

Право на квартиру, которое Алексей Максимович желает сохранить за собой


Договор дарения, подписанный мужчиной по ошибке

«Правоохранительные органы бездействуют»

— Заявление в полицию было подано 22 марта. Мы настаиваем на возбуждении уголовного дела, так как действия данной гражданки можно квалифицировать по статье 159 УК РФ. К сожалению, от правоохранительных органов никаких действий мы не видим до сих пор. Насколько нам стало известно от сотрудников МФЦ, где и было подано злополучное заявление, не так давно та самая женщина приходила и требовала выдать ей документы, подтверждающие её права собственности на данную квартиру. Отсюда мы делаем вывод, что правоохранительные органы у нас бездействуют, — подводит черту адвокат Анна Бедченко.

Несколько позднее в личном разговоре Анна рассказала, что дело уже передали участковому. По мнению собеседников издания «Блокнот Воронеж», подобные дела передаются участковым, когда их собираются, что называется, «похоронить».

Редакция выражает искреннюю надежду на ошибочность этих суждений и призывает органы правопорядка со всей тщательностью рассмотреть дело Алексея Максимовича Строева. Состояние его здоровья является тяжелым уже сейчас. У Алексея Максимовича на ноге развивается гангрена. Если к сентябрю 2021 года отстоять право владения собственностью Алексею Максимовичу не удастся, он в довесок ко всему окажется на улице. Жить ему попросту больше негде.

Официальный комментарий ГУ МВД России по Воронежской области

Перед публикацией материала мы запросили комментарий у пресс-службы регионального ГУ МВД России. Приводим его ниже в полном объёме:

«По данному факту ОП 8 УМВД России проводится процессуальная проверка, по результатам которой будет принято решение».

Меж тем, время идёт. Сентябрь приближается.

Текст: Александр Ежевский

Видео: Константин Клименко

Источник: http://bloknot-voronezh.ru

Оцените новость

Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...